+7 (914) 952-000-6
г.Иркутск, Ленина 6, 3 этаж

Фактическая аффилированность в спорах об оспаривании сделок в рамках дела о банкротства

27.05.2022

М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры

Продолжаем рассматривать тему аффилированности в банкротных спорах. 

Ранее в статье «Осторожно — субординация требований кредиторов!» мы разобрали вопросы понижения очередности удовлетворения требований контролирующих должника лиц и лиц, аффилированных с контролирующими лицами и самим должником. 

В статье «Участие аффилированных лиц должника в делах о банкротстве» мы разобрали вопросы включения в реестр требований кредиторов требований аффилированных с должником лиц, а также вопросы участия таких лиц в распределении конкурсной массы и выборах арбитражного управляющего.

В данной же статье рассмотрим, какую роль играет фактор аффилированности в спорах об оспаривании сделок в рамках дела о банкротстве.

Напомним, аффилированные лица — это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (ст.4 Закона «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

При этом Закон о банкротстве в основном оперирует иным понятием — “заинтересованные лица”. 

Это понятие шире понятия “аффилированные лица”. Например, к заинтересованным по отношению к должнику лицам относится главный бухгалтер должника, который при этом не относится к числу аффилированных с должником лиц. 

Однако для удобства в рамках данной статьи будем использовать понятия аффилированные и заинтересованные лица как синонимы.

В случае признания стороны сделки заинтересованным лицом по отношению к должнику возникает ряд презумпций, которые крайне трудно опровергнуть:

— цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица;

— предполагается, что заинтересованное лицо знало о том, что сделка совершается должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов;

— предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (ст.ст.61.2, 61.3 Закона о банкротстве).

Данные обстоятельства (цель причинения вреда, знание о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества) входят в предмет доказывания при оспаривании сделок по банкротным основаниям. Поэтому установление аффилированности (заинтересованности) часто имеет решающее значение в такого рода спорах.

Как же устанавливается аффилированность лиц?

Формальные признаки аффилированности (заинтересованности) перечислены в ст.19 Закона о банкротстве, ст.4 Закона о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках и ст.9 Закона о конкуренции (в последнем случае перечисляются признаки такого понятия как “группа лиц”, которое соотносится с понятием аффилированности как частное и общее; то есть лица, признаваемые “группой лиц”, всегда являются аффилированными).

Однако очень часто должник специально совершает порочные сделки (выводит активы, создает фиктивную кредиторскую задолженность) с лицами, которые формально не являются по отношению к должнику аффилированными, но фактически в силу близких отношений подконтрольны ему. Например, это может быть близкий друг или работник должника.

В ответ на это Верховный суд РФ ввел такое понятие как “фактическая аффилированность” и уравнял его по правовым последствиям с «юридической аффилированностью». 

Ранее мы писали о доктрине «приоритета существа над формой» при разрешении судебных споров. Это как раз тот случай – формально не аффилированные лица тем не менее признаются аффилированными в силу неформальных отношений связанности.

Впервые о фактической аффилированности Верховный Суд РФ заговорил в 2015 г. (определение СКЭС Верховного Суда РФ от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607).

В последующих судебных актах он развил это понятие (определения СКЭС Верховного Суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6), 14.02.2019 N 305-ЭС18-17629, 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2) и др).

А в конце 2020 г. понятие “фактическая аффилированность” уже было включено в «Обзор судебной практики Верховного Суда РФ N 4 (2020)» (п.13). 

Доказать наличие между сторонами сделки фактической аффилированности можно на основании следующих обстоятельств:

— наличие общих экономических интересов;

— контроль со стороны одного общего бенефициара;

— заключение сделок и их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка;

— согласованность и скоординированность действий, в том числе процессуальных;

— наличие доверительных отношений;

— представление интересов разных лиц одними и теми же физическими лицами по доверенности;

— наличие у разных лиц одного и того же адреса, одинакового штата сотрудников, использование одного и того же IP-адреса и т.п.

Учитывая объективную сложность получения прямых доказательств фактической аффилированности, Верховный Суд РФ предписал судам принимать во внимание согласующиеся между собой косвенные доказательства. В качестве доказательств допустимы также свидетельские показания.

При этом, если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о возникновении группы лиц (фактической аффилированности), бремя доказывания обратного переходит на другую сторону, ссылающуюся на независимый характер ее отношений.

Обратный звонок


    Принять политику конфиденциальности

    +
    Бесплатная консультация




      Принять политику конфиденциальности

      +
      Поиск
      + Закрыть