+7 (914) 952-000-6
г.Иркутск, Ленина 6, 3 этаж

Доктрина «приоритета существа над формой» при разрешении судебных споров

11.05.18

М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры

В последнее время все чаще при разрешении споров суды используют принцип приоритета существа над формой, когда суть сложившихся правоотношений становится важнее внешней формы, которая изложена на бумаге.

Формально, в данной формулировке этот принцип в законе не закреплен. Есть лишь некоторые его проявления. Например, в ст.170 ГК РФ определяется, что такое притворная сделка (это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку) и каковы последствия ее совершения (к сделке, которую стороны действительно имели в виду, применяются относящиеся к ней правила).

Тем не менее доктрина «приоритета существа над формой» существует в теории права и широко используется в правоприменительной практике не только России, но и иных правовых систем мира.

Особо активно эта доктрина стала применяться налоговыми органами в борьбе с уклонением от уплаты налогов начиная с «дела ЮКОСа». После этого дела Пленум Высшего арбитражного суда принял Постановление от 12.10.2006 N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», в котором сформулировал следующее правило: «Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции«.

Многие схемы по оптимизации налогообложения после этого стали неприемлемо рискованны. Как бы налогоплательщики не оформили свои правоотношения, это должно восприниматься лишь как ширма. Тогда как главное для правоприменения – это то, что спрятано за этой ширмой, действительная сущность правоотношений.

Примеров такого подхода можно привести множество. Например, компания не принимает в штат работников, а оформляет с ними гражданско-правовые договоры подряда или на оказание услуг и экономит таким образом на страховых взносах. В большинстве случаев сущность этих правоотношений не меняется – фактически это трудовые отношения. Поэтому в таких случаях налоговые органы довольно успешно взыскивают с компаний неуплаченные страховые взносы несмотря на то, что формально при заключении гражданско-правовых договоров они уплачиваться не должны.

Дробление бизнеса для применения УСН, оформление займов вместо аванса, оформление сотрудников как ИП, фиктивные сделки с «однодневками», оформление лизинга вместо купли-продажи – это лишь небольшая часть примеров, когда налогоплательщики, прикрываясь формой, скрывают существо. Во всех этих случаях успешно применяется принцип «приоритета существа над формой».

Сферой налоговых правоотношений применение принципа «приоритета существа над формой» не ограничивается. Очень часто данный принцип применяется в банкротских делах. Взять, к примеру Определение Верховного Суда РФ от 06.07.2017 по делу N А32-19056/2014.

В этом деле директор ООО, владеющий долей в размере 50% уставного капитала ООО, финансировал данное ООО по следующей схеме: сначала ООО выплачивало ему как участнику дивиденды, затем он передавал полученные деньги обратно ООО по договорам займа. Когда же в отношении ООО была возбуждена процедура банкротства, бывший директор потребовал включить его требования по договорам займа в реестр требований кредиторов ООО.

На что Верховный Суд РФ указал: «если распределение между участниками прибыли приводит к невозможности дальнейшего ведения хозяйственной деятельности ввиду недостаточности оборотных денежных средств, то предоставление должнику обратного финансирования в форме займов должно квалифицироваться в качестве обязательства, вытекающего из факта участия, и влечет отказ во включении в реестр требования по возврату суммы займа».

Таким образом суд решил, что по форме в деле имеются договоры займа, а по существу – это вклады в уставный капитал, которые не влекут образование кредиторской задолженности.

В корпоративных отношениях ярким примером применения принципа «приоритета существа над формой» является распространенная практика, когда участник ООО, чтобы обойти правило о преимущественном праве других участников на покупку доли, сначала заключает с покупателем договор дарения части доли, а затем продает ему же (но уже как новому участнику ООО) оставшуюся часть доли. В действительности эти две сделки (дарения и купли-продажи доли) прикрывают одну сделку купли-продажи и могут рассматриваться судом как единый договор купли-продажи, совершенный с нарушением преимущественного права других участников на покупку доли. Соответственно, любой иной участник общества вправе потребовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя доли (п.88 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ»).

Особый интерес в контексте данной темы вызывает Определение Верховного Суда РФ от 31.07.2017 по делу N А40-125977/2013. Фабула дела такова, что по специально разработанной многоступенчатой схеме банк передал квартиру стоимостью 80 млн.руб. в собственность двух граждан, которые являлись близкими родственниками члена правления банка. Эти родственники реальных расходов на покупку квартиры не понесли. Фактически квартира была оплачена за счет средств самого банка. В конечном итоге банк вместо квартиры получил неликвидную ссудную задолженность, а впоследствии был признан банкротом.

В данном деле суд применил правила о притворных сделках, квалифицировав всю цепочку сделок с разным субъектным составом (прикрывающие сделки) как одну сделку купли-продажи между банком и конечными собственниками квартиры (прикрываемая сделка), признал прикрывающие и прикрываемую сделки недействительными и применил последствия недействительности прикрываемой сделки в виде возврата квартиры в конкурсную массу банка.

Но что самое интересное, Верховный Суд РФ указал, что права банка на истребование имущества из владения конечных собственников квартиры подлежат защите с использованием правового механизма «реституции», а не путем удовлетворения виндикационного иска.

Иначе говоря, если ряд сделок совершались лишь для видимости и в реальности прикрывали другую сделку (истинную), то для возврата имущества следует предъявлять иск о признании прикрываемой (истинной) сделки недействительной и применении последствий ее недействительности (реституция), а не иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикация).

Для практикующих юристов это очень важное указание. В отличие от иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, для иска о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности не имеет никакого значения является ли ответчик добросовестным приобретателем, по-другому исчисляются сроки исковой давности, по-другому производятся расчеты при возврате имущества.

Таким образом, принцип «приоритета существа над формой» должен применяться также и при выборе способа защиты нарушенного права. От этого зависит, выиграете вы дело или нет.

Обратный звонок


Принять политику конфиденциальности

+
Бесплатная консультация




Принять политику конфиденциальности

+
Поиск
+ Закрыть