Взыскали стоимость уступленных прав по договору перенайма лизинга в размере 2,1 млн. руб. с вынесением частного определения

Клиент по договору перенайма уступил индивидуальному предпринимателю (ИП) свои права и обязанности лизингополучателя по договору лизинга и передал ему предмет лизинга (полуприцеп). При этом в договоре перенайма стороны не определили цену уступаемых прав.

Клиент обратился к нам за взысканием с ИП задолженности по договору, если таковая имеется.

В данном случае имело место передача договора (ст.392.3 ГК РФ).

Согласно п.3 ст.424 ГК РФ в случаях, когда в возмездном договоре цена не предусмотрена и не может быть определена исходя из условий договора, исполнение договора должно быть оплачено по цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, работы или услуги.

Соответственно, применительно к данному спору нужно было определить рыночную стоимость уступленных клиентом прав и обязанностей лизингополучателя по договору лизинга или, как говорит Верховный Суд РФ – «стоимость договорной позиции лизингополучателя».

В п.38 «Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021) (далее – Обзор) сказано, что «… стоимость договорной позиции лизингополучателя определяется в зависимости от входящих в нее активов (наличие правомерного ожидания лизингополучателя в отношении приобретения права собственности на предмет лизинга в будущем, стоимость этого имущества с учетом износа и другие) и пассивов (размер просроченной задолженности, начисленных санкций за нарушение договора, размер будущих лизинговых платежей и другие). То есть необходимо установить стоимость права требования лизингополучателя путем расчета прогнозируемого сальдо взаимных предоставлений, а не стоимость самого предмета лизинга».

Мы рассчитали сальдо взаимных предоставлений на дату уступки с учетом рыночной стоимости предмета лизинга, и оно оказалось в пользу клиента.

После этого подготовили и подали иск в арбитражный суд.

В ходе процесса ответчик, чтобы снизить размер сальдо представил в суд дефектную ведомость, в которой были отражены различные недостатки полуприцепа.

Мы, в свою очередь, подали заявление о фальсификации данного документа. По результатам судебной технической экспертизы было установлено, что дефектная ведомость была составлена «задним числом» и подвергалась агрессивному воздействию (имела признаки искусственного старения).

Также была проведена судебная оценочная экспертиза, в рамках которой была определена рыночная стоимость прав и обязанностей лизингополучателя (сальдо взаимных предоставлений): 1 691 658,69 руб. без учета ремонтных работ и 766 658,69 руб. с учетом ремонтных работ.

Однако в «особом мнении» эксперт со ссылкой на абз.1 п.38 Обзора указал, что та же рыночная стоимость прав и обязанностей лизингополучателя, но уже за минусом лизинговых платежей ответчика составляет: 969 334,26 руб. без учета ремонтных работ и 44 334,26 руб. с учетом ремонтных работ.

Ответчик настаивал на размере сальдо в 44 334,26 руб. Мы же ссылались на то, что абз.1 п.38 Обзора в данной ситуации применяться не может и особое мнение эксперта не должно учитываться.